27 июня 2019, четверг
$ 59,76
€ 65,98
Сейчас: +12
Завтра: пасмурно, без осадков +19

Квартирные мытарства ветеранов

Сорок дней остается до 70-летия Победы. В преддверии подобных дат у нас принято окружать ветеранов вниманием и заботой. Вот только в Петербурге до сих пор проживают несколько тысяч ветеранов, которых не обеспечили благоустроенным жильем. Фантазии чиновников в деле отказа нет предела. Они способны и судимого «сожителя» прописать в аварийном жилье, и посчитать квадратные сантиметры внучатого зятя.

Фото: Валентин Илюшин, «БалтИнфо»

Фото: Валентин Илюшин, «БалтИнфо»

На момент подписания президентом РФ указа «Об обеспечении жильем ветеранов Великой Отечественной войны 1941 - 1945 годов» в Петербурге на жилищном учете состояли 9073 ветерана, подпадавших под его действие. Многие из них сумели улучшить свои жилищные условия – сами или обратившись на горячую линию газеты «Вечерний Петербург» «36 квадратных метров». По словам юриста горячей линии Татьяны Смирновой, с сентября 2009 по декабрь 2014 года к ним обратились 3 тыс. 466 граждан, проживающих не только в Петербурге и Ленобласти, но и других регионах. Более двухсот из них проживали в коммуналках и общежитиях.

«Большинству из них мы сумели оказать консультационную помощь по телефону и электронной почте – случаи были не безнадежными, - говорит Смирнова. – При этом 133 человека получили жилые помещения при непосредственном участии журналистов и юристов Балтийской медиа-группы».

Продолжают обращаться на горячую линию «Вечерки» ветераны и в год 70-летия Победы. За три прошедших месяца за консультацией обратились 117 ветеранов. Причем 32 из них - повторно. Жилье получили уже 6 человек. Однако есть и новости грустные: два ветерана Великой Отечественной войны остаются, по сути, бомжами. Вот уже 12 лет вынуждена скитаться по знакомым и ученицам участница Великой Отечественной войны, инвалид 2-й группы Антонина Николаевна Матросова (справка социального учета №16889). Когда-то администрация Кировского района Петербурга признала аварийной, непригодной для жилья часть квартиры в доме на проспекте Стачек, в которой проживала Антонина Николаевна вместе с семьей дочери, рассказывает юрист «Вечерки». Квартиру – трехкомнатную - семье выделили. Вот только своего уголка для ветерана Великой Отечественной войны там не нашлось. Матросова въезжать в квартиру отказалась наотрез.

«А к кому в комнату она могла поехать? К внучке с внуком? К дочери с зятем? К отцу зятя? Но он для нее – совершенно чужой человек, другая семья, - говорит Смирнова. – Или, может, ей надо было разместиться в коридоре? Получается, с участницей ВОВ расправились просто так. Человека как бы и нет. А бабушка стареет потихонечку. Но она не брошена, дочь о ней заботится. Но почему не привести законодательство в соответствие с потребностями людей? Зачем выделять виртуальные метры и толковать произвольно, кто кому родственник?».

В общем, продолжает Смирнова, чиновники делают все для того, чтобы президентский указ не работал и все, чтобы не исполнять указ. Проблема, по ее мнению, заключается в несовершенстве петербургских законов. Неопределенность формулировок позволяет чиновникам считать членами семьи по своему усмотрению любых граждан.

Хотя, к примеру, в областном законе «О порядке ведения органами местного самоуправления Ленобласти учета граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма», четко прописано, кто кому родственник. Пункт 2 статьи 1 гласит: граждане, постоянно проживающие в одном жилом помещении, связанные родством и (или) свойством, но имеющие свои источники дохода, отдельный бюджет и ведущие раздельное хозяйство, при наличии их волеизъявления признаются разными семьями. Впрочем, в области положение ветеранов от этого отнюдь не лучше. Вопиющим называет Татьяна Смирнова случай, произошедший с еще одой участницей Великой Отечественной войны, инвалидом 2-й группы Александрой Федоровной Ивановой.

Пожилая женщина последние 10 лет живет в деревне Ребовичи Лодейнопольского района. Когда в начале 2000-х жилье – небольшая комнатка с кухней в пристройке к бараку - пришло в негодность, Иванову переселили в квартиру в соседний барак, выделив ей две комнаты. Другое дело, что «новоселье» участница войны отметила, въехав в здание, построенное в начале 70-х годов, как временное жилье для лесозаготовительных бригад. Тоже, к слову, малопригодное для проживания. Но выбора у Ивановой не было. Однако двенадцать лет назад у одинокой старушки усилиями местной администрации появился «сожитель»: именно так был обозначен в Форме-9 60-летний имеющий судимость погорелец из соседнего поселка, которого к ней подселили. Три года назад «сожитель» скончался, однако мытарства ветерана на этом не закончились. Еще в 2009 году дочь Александры Федоровны подала в администрацию Лодейного Поля документы на улучшение жилищных условий матери.

«В бараке отсутствуют элементарные бытовые удобства – нет водоснабжения, канализации, газоснабжения. Санузел находится на улице, в настоящее время им пользоваться невозможно – деревянная постройка полностью прогнила. Водопровод отсутствует – ближайшее место для забора воды – река, протекающая в 300 метрах. Газоснабжение от газовых баллонов. Отопление печное, печь фактически разваливается, дровяник отсутствует, электропроводка аварийная», - это выдержка из жалобы Александры Федоровны, направленной на имя управляющего делами президента РФ.

По словам Смирновой, глава Алеховщинской администрации, к которой относятся и Ребовичи, посчитала условия проживания 88-летней женщины (89 лет ей исполнится 6 мая) приемлемыми. Отчаявшись найти справедливость в своей деревне, Александра Федоровна просит управляющего делами президента РФ не только содействия в защите права состоять на жилищном учете, но и не направлять более ее документы чиновникам Ленинградской области. Ведь того количества отписок, которые получили Иванова и ее дочь за годы переписки с местными властями, хватило бы, чтобы оклеить стены царских хором.

Блокадница, награжденная медалью «За оборону Ленинграда», 86-летняя Валентина Васильевна Баннова живет в Невском районе Петербурга и делит проходную комнату в трехкомнатной квартире с внуком. Остальные две занимают дочь блокадницы с сыном-подростком и внучка с мужем и двумя маленькими детьми. Муж внучки, кстати, в квартире не прописан. Во-первых, это приведет к «сознательному ухудшению жилищных условий», во-вторых, у него в другой квартире, по месту регистрации, в долевой собственности находятся аж целых 8 квадратных метров. Вот и получается, что при фактическом проживании в квартире семи человек, формально на каждого прописанного в «трешке» приходится по 9,6 квадратных метров. Вот эти самые злополучные 60 квадратных сантиметров и не позволяют чиновникам признать Баннову нуждающейся в улучшении жилищных условий.

«В поисках причин для отказа в постановке на очередь чиновники приписывают в жилищную обеспеченность те метры, которые приходятся на доли мужа внучки или правнучки. Хотя это нарушение конституционных норм. Какие метры можно считать, если нет жилого помещения?», - возмущается юрист горячей линии «Вечернего Петербурга.

Открываем Жилищный кодекс РФ от 29 декабря 2004 года, статью 15, которая гласит: объектами жилищных прав являются жилые помещения. Таковым признается «изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного проживания граждан». Согласно статье 16 того же кодекса, к жилым помещениям относятся жилой дом, часть жилого дома, квартира, часть квартиры, комната. То есть, никакого угла, и, тем паче, коридора или туалета, в качестве жилищной обеспеченности в Жилищном кодексе не указано. Однако питерским и областным чиновникам это не указ. Есть положенные 9 кв. метров общей площади на человека – живи, как хочешь. Видимо, не хотят они в преддверии 70-летия Победы портить красивую статистику отчетов по исполнению президентского указа.

Ирина Васильева

Загрузка...
Размер шрифта:

Реклама

 
Главные темы
 
Новости партнеров
 
 

Видеосюжеты

 
 

 
↑ Наверх