26 июня 2017,
понедельник
$ 59,76
€ 65,98
Сейчас: +12
Завтра: пасмурно, без осадков +19

Суд напугали гей-браками

Однополые браки, Елена Мизулина, Александр Бастрыкин, дело ЮКОСа и козни США: в Конституционном суде три часа обсуждали применимость решений ЕСПЧ на территории России. В финале же у судей не осталось вопросов, кроме одного: «Все в думах о взаимодействии со Страсбургским судом, или на обед?».

С запросом об исполнении решений Европейского суда по правам человека в Конституционный суд обратились 93 депутата Госдумы от всех фракций. Они попросили пересмотреть подписанный в 1998 году федеральный закон о ратификации Конвенции, согласно которой решения ЕСПЧ признаются на территории России, а также поправить УПК, АПК, ГПК и другие кодексы, чтобы судам России не нужно было пересматривать дела в связи с решениями ЕСПЧ «по вновь открывшимся обстоятельствам».

Представлять свои интересы депутаты отправили «эсера» Александра Тарнавского. Он подготовился и накануне, по его собственному признанию, в ночь перечитывал статью председателя суда Валерия Зорькина о Конституции, а также, видимо, выписывал цитаты главы Следственного Комитета, чтобы «припечатать» ими сомневающихся. В итоге, как бы он ни старался, но выступление вышло донельзя политизированным.

ЕСПЧ, как представляется парламентариям, в последнее время принял ряд постановлений, которые ставят под сомнение высшую юридическую силу Основного закона РФ. Явным примером «необоснованного игнорирования ЕСПЧ основополагающих норм российского права» он назвал дело «Анчугов и Гладков против России», где Европейский суд поддержал Анчугова и Гладкова, которые пожаловались, что в РФ заключенным нельзя голосовать на выборах или избираться. Между тем, запрет прописан в Основном законе, и изменить ситуацию можно, лишь приняв новую Конституцию, настаивал Тарнавский.

Тут же в его речи возникло дело «НК «ЮКОС» против России». Напомним, акционеры неоднократно обращались в Страсбург с жалобой на то, что в рамках «дела ЮКОСа» в России были нарушены их права, например, на «справедливое судебное разбирательство». 31 июля 2014 года ЕСПЧ принял решение о выплате бывшим акционерам компании компенсации в размере 1,86 млрд евро. Министерство юстиции ходатайствовало о передаче вопроса о компенсации на рассмотрение Большой палаты ЕСПЧ. Однако это ходатайство было отклонено. По мнению заявителей, постановления ЕСПЧ вступают в противоречие с толкованием КС РФ положений российского законодательства и, прежде всего, Конституции РФ.

Имеются и другие решения ЕСПЧ, говорит Тарнавский, конечную цель которых депутаты видят в «размывании границ государственного суверенитета России». Россия — это самостоятельное, миролюбивое и правовое государство, подчеркнул депутат, так что все ценное, что наработано в правовых системах других стран, оно должно использовать. Например, ранее суды ФРГ или Великобритании уже отказывались пересматривать дела или исполнять решения ЕСПЧ, когда они противоречили национальной Конституции.

«Премьер-министр Дэвид Кэмерон регулярно выступает с критикой ЕСПЧ, упрекая его в излишнем активизме и вторжении во внутреннегосударственные дела», - рассказал Тарнавский 18 судьям. Помимо навязчивости у Страсбурга есть и другая проблема, считает парламентарий: когда количество стран-участников Конвенции увеличилось, возрос и поток жалоб, деятельность ЕСПЧ «стала подвергаться некоторой эррозии», что повлекло «снижение качества юридического обоснования и в политизации выводов судей».

Заявители полагают, что было бы неверно толковать решения ЕСПЧ в качестве истины в последней инстанции. Александр Тарнавский говорил уже 50 минут, но был уверен, что в ответ развернется дискуссия, так что решил прибавить весу своему выступлению.

Он заявил, что «хотел бы упомянуть позицию значимых коллег», которых почему-то отказался назвать прямо. Одним из них был «коллега-юрист». «Возглавляющий один из значимых федеральных органов исполнительной власти в области силового обеспечения нашей деятельности», - усиленно намекал Тарнавский. Этот юрист якобы заявил, что «установление примата международного права в Конституции РФ 1993 года нам умело преподнесли как базовую конституционную ценность правового государства советники дружественной нам страны». Очевидно, США.

«Еще одна цитата уважаемого необычайно человека, профессионала, который сказал, я извиняюсь, как отрезал: «Чрезмерное использование институтов международного правосудия может привести к тому, что такое правосудие становится не международным судейским арбитром, а механизмом в руках какой-либо из сверхдержав или группы сильных государств», - заявил Тарнавский.

Легко определить, что за «коллегой-юристом» и за «уважаемым необычайно человеком» скрывается никто иной, как глава СК РФ Александр Бастрыкин, чье имя депутат по какой-то причине постеснялся назвать.

Как и имя своего коллеги по парламенту Леонида Калашникова, который изрек: «Сегодня мы наприсоединялись к стольким конвенциям, что нас просто разденут и разуют скоро всякие иски типа ЮКОСа на 50 млрд. Кто бы что ни предпринял против России — оно, как правило, на международном уровне одобряется».

Пошел второй час выступления, а Тарнавский принялся рассуждать о том, как же живут партнеры по БРИКС, например, Индия и Бразилия, где закреплен приоритет национального права. А в Конституции США международный договор и федеральный закон и вовсе имеют равную силу, и в случае противоречий приоритет имеет более поздний. Таким образом, американцы, если им не понравится решение международной инстанции, могут «в угоду внутренним интересам принять несовместимый с ним закон».

«Я ни на что не намекаю, я просто говорю, что нам это стоило бы учитывать и, в той мере, в какой нам полезно, использовать в своих целях», - пояснил депутат. Потому что ЕСПЧ, вещал он, сначала как под копирку штамповал решения, обязывающие Россию выплачивать сотни тысяч евро чеченским террористам, «пострадавшим» от федеральных властей, а затем, войдя во вкус, уже стал требовать от России внесения изменений в Конституцию страны.

«Нет никакой гарантии, что завтра в соответствии с новым уже толкованием Конвенции, от России не потребуют легализации однополых браков или чего-нибудь еще!» - возмутился Александр Тарнавский.

«Несмотря на то, что вы говорили час и три минуты, вы все равно не превзошли свою коллегу Елену Борисовну Мизулину. Одно из ее выступлений два часа длилось», - прокомментировал этот поток председатель суда Валерий Зорькин. Он призвал коллег быть немного кратче, чтобы судьи не теряли нить повествования в море аргументов.

И он сделал это вовремя: еще предстояло заслушать позицию Госдумы, Совета Федерации, президента страны. Затем следовали Минюст, Генпрокуратура и МИД. Позиция большинства из них заключалась в том, что дать оценку конституционности оспариваемых норм можно, но, в целом, бессмысленно, потому что в системе действующего правового регулирования они не предполагают обязанность исполнения решений ЕСПЧ, не соответствующих Основному закону РФ.

Валерий Зорькин хотел было позаботиться обо всех присутствующих и предложил устроить перерыв. Судьи реагировали вяло. «Ну? Что молчите, я не пойму? Или вы в думах о том, как продолжать взаимодействие со Страсбургским судом? - Валерий Зорькин окинул взглядом коллег. - Обед или нет?».

Вопрос оказался более чем насущным. Представители Фемиды согласились было сделать финальный рывок и дослушать оставшиеся выступления. Хотя, тут же напомнили Зорькину, вдруг у них возникнут вопросы? Обед грозил быть отложенным...

«А у судей есть вопросы?» - удивился Зорькин. В зале грянул хохот. Вопросов не было ни у кого. Всем все было понятно.

Карина Саввина

Метки: Россия ЕСПЧ

Загрузка...
 
Главные темы
 
 
 

Видеосюжеты

 
 

 
↑ Наверх