22 сентября 2019, воскресенье
$ 59,76
€ 65,98
Сейчас: +12
Завтра: пасмурно, без осадков +19

Культурный диалог

Чем «БатальонЪ» лучше «Левиафана», был ли Александр Невский православным патриотом или предателем-«власовцем» и почему вандализм хуже убийства - эти и другие вопросы выясняли министр культуры Владимир Мединский, главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов и директор Эрмитажа Михаил Пиотровский, встретившись в Петербурге на следующий день после смерти Бориса Немцова.

Владимир Мединский. Фото: http://www.duma.gov.ru

Владимир Мединский. Фото: http://www.duma.gov.ru

В библиотеке Маяковского в рамках проекта «Диалоги» встретились министр культуры Владимир Мединский, главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов и директор Эрмитажа Михаил Пиотровский. Темой беседы организаторы избрали «Русские сказки», тон встречи задало произошедшее накануне убийство известного политика Бориса Немцова, а говорил каждый из гостей о своем, о наболевшем.

Мероприятие началось с минуты молчания. Далее Алексей Венедиктов периодически возвращался к произошедшему накануне убийству, Владимир Мединский решительно против этого возражал, призывая «не превращать мероприятие в политический митинг», а Михаил Пиотровский деликатно менял тему на более «культурную».

«Со времен Владимира Святого у нас государство всегда было важнее личности», - сказал Алексей Венедиктов в связи с произошедшим нападением на опального экс-«наследника» Бориса Ельцина. По его словам, так окружающую действительность воспринимают не только представители власти, но и обычные люди, это «культурный код».

«Мы живем в этой стране и поэтому по-особому все это воспринимаем. Такой комплекс восприятия характерен для любого народа и для любой страны», - отреагировал Владимир Мединский.

В какой-то момент разговор по инициативе министра культуры ожидаемо углубился в историю Второй Мировой войны. Комментируя культурную политику государства, Владимир Мединский подчеркнул, что в девяностые после развала СССР на людей вылилось слишком много «знаний» о войне. Алексей Венедиктов зацепился за слово «знание» и стал обвинять оппонента и власть, которую он представляет, в «сокрытии знаний» в связи с тем, что в отличие от эпохи Бориса Ельцина архивы в наше время не открываются, а закрываются. Журналист выразил недоумение по поводу того, какие секреты времен Второй Мировой и Гражданской войн могут таким образом скрываться.

Споры об истории быстро вышли на более широкую временную перспективу. Алексей Венедиктов доказывал, что любая книга - это миф, и даже «свидетельству очевидца верить нельзя». Владимир Мединский защищал онтологическую точку зрения с поправкой на государственную целесообразность. Стороны решили выявить свои позиции на примере благоверного князя Александра Невского.

«Он негодяй, предатель и изменник. И если бы во время Великой Отечественной войны он сделал то же самое то висел бы рядом с Власовым. Через десять лет после того, как Батый сжег и разорил Русь, он становится побратимом сына Батыя и отправляет свою дружину против своего брата, который поднимал восстание против Орды», - решительно выпалил Алексей Венедиктов. Поведение князя он сравнил с действиями русских бургомистров на оккупированных немцами территориях.

Михаил Пиотровский возразил против прямых аналогий между игом и гитлеровской оккупацией, заявив, что в 13-м веке речь шла не об оккупации, а о «контроле». «Теперь я понимаю, почему Нарышкин поклонился памятнику Чингисхана. Он наш император», - съязвил журналист. Пиотровский добавил, что князь сумел сохранить на Руси Православие, после чего его мысль развил министр.

«Монгольская военная машина тогда была сильнейшей в мире. У Александра Невского были три возможных модели поведения - объединить сопротивление русских князей, но они не смогли объединиться. Александр Невский мог сопротивляться, как князь Рязанский, и погибнуть. И еще он мог примкнуть к Западу, как Даниил Галицкий. Запад дал ему корону и не дал ни одного крестоносца… Балансируя между Востоком и Западом, Александр Невский сохранил идентичность и право на самоуправление», - резюмировал Мединский.

Он подчеркнул, что поход на брата произошел через 15 лет после разгрома русских князей, и таким способом Александр Невский «малой кровью сохранил огромные территории».

Еще одна тема, которая разделила гостей - современное актуальное искусство. Владимир Мединский признался, что не любит его, но Минкульт все равно будет поддерживать соответствующие выставки и другие мероприятия. В свою очередь Михаил Пиотровский, который, как известно, современное искусство любит и понимает, вспомнил о нашумевшей выставке братьев Чепмен в Эрмитаже двухлетней давности, когда образы обезображенной Богородицы со свастикой на лице, распятых на кресте свиньи и клоуна из «Макдональдса», а также маленьких детей с половыми органами на месте рта и носа шокировали и возмутили православных петербуржцев.

«На выставке братьев Чепманов мы выяснили, сколько людей в городе разбираются в современном искусстве. Выставку посетили 15 тыс. человек. После «Манифесты» это число выросло до 50 тыс. Для города с населением в 5 млн это мало», - считает Михаил Пиотровский.

Коснулись и кинематографа и, в частности, поражения «Левиафана» в борьбе за Оскар. «Я не считаю, что Оскар является мерилом качества искусства. Это национальная американская премия, и устраивать такую свистопляску вокруг приза за лучший фильм на иностранном языке я бы не стал», - заявил Владимир Мединский.

Как известно, «Левиафан» ему тоже не понравился. Зато глава Минкульта рассказал, какое новое кино понравилось ему настолько, что он сам искал деньги на реализацию проекта, обзванивая «всех знакомых». Это «БатальонЪ» петербургского режиссера Дмитрия Месхиева, рассказывающий о женском батальоне, созданном для участия в Первой мировой войне. «Это хороший и правильный проект, хорошо и профессиональной сделанный», - считает министр.

В свою очередь Михаил Пиотровский ближе к концу беседы рассказал о том, какую актуальную ныне тему самой важной считает лично он - это события в иракском Мосуле, где террористы из «Исламского государства» уничтожили старинные ассирийские скульптуры и взорвали центральную библиотеку.

«Это уничтожение ДНК нашей цивилизации. Это как бабочка, которую убили в прошлом… Вандализм - это самое страшное преступление, страшнее даже убийства», - подытожил директор музея.

Олег Саломатин

Загрузка...
Размер шрифта:

Реклама

 
Главные темы
 
Новости партнеров
 
 

Видеосюжеты

 
 

 
↑ Наверх