Математическую модель «борьбы с экономическими преступлениями» разработали профессор Высшей школы экономики Леонид Григорьев и аспирант экономического факультета МГУ Александр Курдин. Свои расчеты специалисты презентовали на традиционных «Леонтьевских чтениях» в Петербурге.

В этот раз встречу экономистов, социологов и политологов посвятили теме экономических свобод и государства. Доклад московских ученых – «Экономические последствия уголовной репрессии в отношении предпринимателей» – призван бороться как раз с врагами экономических свобод.

«Трамвай» с желаниями

Откуда берутся преступления со стороны предпринимателей и репрессии в отношении бизнеса? Леонид Григорьев объяснил их «природу» на примере понятий «барон-грабитель» (у нас этот термин из американской экономической истории заменяет слово «олигарх») и «трамвай».

При перераспределении собственности, пояснил Григорьев, «бароны-грабители» разбирают все активы – для них это билет в «трамвай». Перераспределение собственности не может быть вечным: рано или поздно двери «трамвая» закрываются по команде «баронов». Они должны сказать – кто не в трамвае, тот будет работать по законам, и точка. «Но у нас все не так, - подтвердил профессор то, что очевидно и для аудитории. – То в дверях кто-то застрянет, то лишний вагон прицепят. То земляки президента не успели, то премьер-министра – ну никак трамвай не отъедет. И пока «элита» не закроет двери трамвая, порядка не будет».

Доказано: чем длинней «трамвай желаний» и чем плотней в нем сидит публика, тем хуже. Так, вплоть до 2010 года, уровень экономических преступлений у нас в стране неуклонно рос. Этот показатель «дает» колоссальное количество сверхкриминализованного бизнеса, который жаждет легкой выгоды. Подтверждение тому – огромное число уголовных дел, так и не дошедших до суда. По оценкам авторов исследования, это порядка ста тысяч дел ежегодно.

С другой стороны, предпринимателей тоже можно понять – очень часто на нарушение закона их толкает «система страховки». Надо либо платить за протекцию (тем, кто в «трамвае»), либо мало-помалу выводить деньги за границу. «Бизнес вынужден заниматься этим автоматически», – сделал эксперт неутешительную подводку к «математической» части доклада.

Неуставной капитал

Репрессивной машине государства все равно – решил предприниматель незаконно обогатиться сам, или его кто-то толкнул на преступление. Тенденция к ужесточению наказаний в отношении бизнеса по-прежнему сохраняется, отметил соавтор доклада Александр Курдин.

В глазах обывателей, чем суровей наказание за преступление экономического характера, тем лучше. И бог с ними, с издержками... А это - чрезмерное расходование ресурсов правоохранительных и судебных органов, паралич деловой активности фирм, попавших под следствие, вывод активов, «истощение фирмы» при смене владельца в результате рейдерского захвата и так далее.

Но ужесточение санкций для нарушающих закон бизнесменов не ведет к снижению экономической преступности, говорит Курдин. Этот факт ученые доказали с помощью математических расчетов.

…Итак, есть предприниматель (П), который может нарушить закон и получить дополнительный доход (Х). С вероятностью проверки (Р) с него «сдерут» санкции величиной в S.
Есть бюрократ, который может наказать невиновного предпринимателя или дать индульгенцию виновному. У него есть зарплата, к которой он может приплюсовать взятку (В) от предпринимателя. Бюрократ может быть оштрафован вышестоящими бюрократами на сумму F с вероятностью q.

У предпринимателя есть два выбора – нарушать или не нарушать закон, иначе говоря давать взятку или нет. У бюрократа тоже два: жить на зарплату или брать взятку.
…Если бюрократ потребует взятку выше, чем штраф для предпринимателя за нарушение (B больше pS) , то «сделку» они не заключат: предпринимателю невыгодно, лучше отказаться от Х.

Если размер взятки ниже штрафа для предпринимателя, и ниже штрафа самого бюрократа, если того вдруг «поймают за руку» (В меньше pS или qF), то они тоже не договорятся. Потому что уже бюрократу не будет резона «заводить щенка»: расплата превысит выгоду.

Расчетливый бюрократ, говорит эксперт, запросит взятку по формуле «В больше qF и меньше pS», иначе говоря – ее сумма будет выше штрафа для него самого, но ниже, чем для предпринимателя. В этом случае стороны ударят по рукам.

Следовательно, лучшая почва для коррупции – это когда ожидаемая санкция для предпринимателя выше, чем мера наказания для бюрократа. В противном случае бюрократ обыщется, но не сможет найти оптимальное значение взятки, при котором ему выгодно заключить коррупционную сделку.

Снимите санкции немедленно

Вывод экспертов прост: избыточные репрессии на бизнес – зло. Взяток не будет, если наказание для бюрократов будет намного выше, чем для предпринимателей. «Коренная идея - если хотите бороться с коррупцией, то наказание для коррупционера должно быть больше, чем для предпринимателя, которого к преступлению иногда принуждают», – настаивает Леонид Григорьев.

Слушатели доклада приняли идею позитивно и даже предложили сделать градацию наказаний за взятки: сначала бюрократов штрафовать, потом заключать под стражу, потом травить и, наконец, сажать на кол. А пока всего этого нет, предпринимателей наказывают жестко и беспорядочно, а «система кормления» живее всех живых, отмечают эксперты.

Вот как описывает это председатель совета директоров банка «Тройка Диалог» Рубен Варданян – со слов работающих в России иностранцев: «У вас можно десять раз проехать на «красный свет» и не быть оштрафованным, а можно проехать на «зеленый», и тебе дадут по голове и отберут автомобиль».

Когда это закончится, зависит от «трамвая», говорят эксперты. Возможно, перемены не за горами. По крайней мере, на той же конференции докладчики цитировали Владимира Путина. В январской статье в «Ведомостях» он написал, что для предпринимателя рациональней не соблюдать закон, а найти покровителя и договориться. А еще подчеркнул, что само государство, исполнительную и судебную власть в России надо менять.

Анна Беляева