20 лет назад я работал в Институте экономической политики. Возглавлял институт Егор Гайдар, я был его заместителем по науке. 19 августа я был в Москве. Когда поступила информация о путче, я ехал на машине от своего дома на Земляном валу на Юго-Запад, где находился институт. И когда я увидел на улицах танки, я понял, что происходит.

Мы собрались во главе с Гайдаром, начали обсуждать ситуацию. В итоге издали по институту приказ в поддержку Ельцина. В нем говорилось, что институт будет оказывать поддержку властям РСФСР, а сотрудничать с ГКЧП - запрещалось.

Кроме того, в кратчайшие сроки мы разработали документ под названием «Экономическая программа хунты», где в полемичном ключе, но серьезно разбирали заявления ГКЧП. Мы показали, что это нереализуемые фантазии. Непонятно также, почему эти люди, облеченные властью, не воплощали то, о чем заявляли, раньше. В этом есть особый цинизм.

«Экономическую программу хунты» мы разослали в средства массовой информации, Ельцину, а сами вышли из КПСС. Надо сказать, что многие тогда делали обратное: доставали откуда-то забытый партбилет и сдували с него пыль.

Потом мы отправились к Белому дому, строили вместе со всеми баррикады. Собственно, до самого окончания путча мы находились среди защитников Белого дома. Тогда мы боролись за то, чтобы не допустить сворачивания демократических преобразований, начатых Горбачевым. И если нынешняя власть разрушает демократические основы страны, в этом нет вины тех, кто защищал демократию в 1991-м. В тот момент ощущался особый вкус свободы. Это редкий случай, когда простые люди смогли столь серьезным образом повлиять на ситуацию в стране.