Мы застали Александра Сокурова на одной из площадок «Ленфильма». Мастер, как его все называют на киностудии, к своему 60-летнему юбилею даже не готовится. 14 июня он намерен провести точно так же, как и любой другой день.

- Александр Николаевич, оглядываясь назад, в прошлое, можете назвать людей, которые сыграли важную роль в вашей судьбе?

- Таких людей очень много. Этот список можно вести бесконечно. На каждом жизненном этапе были люди, поддержка которых просто неоценима. Ведь сам по себе режиссер ничего не сможет сделать. Нужен тот, кто дружественно к нему настроен, кто помогает. Неправильно, что после премьеры фильма все только и говорят, что о режиссере. Людей, создающих картину, невероятно много.

И у меня в самые трудные годы были люди, которые решались на поддержку, даже если это было не совсем безопасно. Я не по образу и подобию Божьему создан, а по образу тех, кто спасал, помогал, выручал. Например, на протяжении долгих лет меня поддерживает руководитель Балтийской Медиа-группы Олег Руднов.

Кого-то из дорогих мне людей уже нет в живых. Кто-то находится в других городах. С кем-то поддерживаю общение, но не хочется формальных отношений, понимаете... А на иное часто нет времени. Но самое главное то, что в душе эти люди все равно есть, и я понимаю, что без них не смог бы ничего сделать.

- А что это за история, которая произошла на Венецианском фестивале? Говорят, перед вами встал на колени директор фестиваля Марко Мюллер?

- Такое действительно было, когда я привозил на фестиваль фильм «Читаем Блокадную книгу». Марко Мюллер мой давний хороший друг. Встав на колени передо мной на глазах у публики, он просто выразил свою радость от встречи со мной. Это было такое шуточное приветствие. Мы обнялись и посмеялись. Для меня большая честь, что я знаком с этим великим человеком. К сожалению, мы очень редко видимся.

- Не было желания собрать всех друзей вместе? День рождения – отличный повод…

- Это невозможно, я не справляю дни рождения, у меня нет такой традиции. Просто так сложилось в жизни. Не хочу устраивать ничего в свою честь. И не буду. Конечно, 14 июня пойдут звонки, будут поздравления, но не более того. Этот день я проведу, как сотни других дней. Разве что только съезжу в храм Казанской иконы Божьей Матери в Зеленогорск, поставлю свечку за родителей.

- В прошлом году вы оказались в числе первых лауреатов премии «Небесная линия», которая присуждается за вклад в сохранение и развитие города. После этого под вашим руководством был создан градозащитный совет. На ваш взгляд, ситуация с застройками в городе изменилась?

- Сама премия «Небесная линия» стала толчком для создания градозащитной группы, и это очень важно. Что-то нам удается отстаивать, но есть и поражения: все сносы, которые были за это время – это наш минус. Ситуация с застройкой в городе на самом деле очень напряженная. Но переговоры общественников с властями – это лучше, чем постоянное молчание и обмен колкостями и обвинениями через СМИ. Надо уметь выстраивать диалог. Хотя я иногда не испытываю восторга от разных этапов наших встреч с некоторыми людьми.

- Вас знают как человека, который никогда не боялся критиковать действия властей. Вам пытались «погрозить пальцем», просили умерить пыл?

- Еще как просили. Требовали! Я тогда подписал одно из самых первых воззваний в Государственную Думу с просьбой обратить внимание на ситуацию с градостроительной политикой. Мне сразу же позвонили и сказали, что меня уволят из Михайловского театра, где я тогда ставил спектакль, если я не отзову свою подпись. Вот такая альтернатива. Многие отозвали, а я – нет. И мой спектакль был закрыт.

В представлении некоторых людей – это политика. На мой взгляд, это называется нарушением прав человека. И никто в городе меня не защитил: ни коллеги, ни журналисты. Все было сделано в одно мгновение. И до сих пор никто даже не принес извинений, значит, со мной можно так поступить. Но это в прошлом.

- Сегодня губернатор Петербурга прислушивается к вам, к градозащитникам?

- Прислушивается, более того – ей с нами очень непросто, мы не митинговые люди. В этой группе градозащитников собрались те, кто хорошо знает законы и правоприменительную практику. Мы можем возразить губернатору, но она вынуждена нас слушать. Только вот мы же не можем постоянно и систематически исполнять работу чиновников, следить за ней, указывать на ошибки. Я вот сейчас брошу работу над сериалом и поеду в Смольный на очередные слушания по незаконному сносу «хрущевок» в трех районах города. Как все успевать?

- Так может вам, как Михалкову до недавнего времени, мигалку на машину поставить?

- За что вы меня так наказываете? Я лучше на метро...

- Вы много работаете с молодежью, в рамках Международного кинофорума ведете свой проект «Метрополис», в котором участвуют десятки молодых авторов. Изменился ли за годы подход молодежи к культуре? Готовы ли они, как делали артисты в 80-х годах, ночевать на раскладушках за кулисами?

- Уровень общей культуры очень снизился. Это касается и интеллигенции, и научно-технической сферы. Новым критерием счастья оказались деньги, и началась моральная деградация. Мы переживаем процесс, когда гуманитарные ценности уступают место материальным. Так будет продолжаться до тех пор, пока не наступит критический момент. Когда все увидят, что доброта, поддержка, дружба являются краеугольным камнем. Просто такой этап переживает Россия, но я не могу назвать себя оптимистом и быть уверенным, что мы его преодолеем. Культура может уйти: и для миллионов людей – уже не вернуться.

- Почему вы до сих пор верны своей профессии?

- Она часть мой жизни, я живу кино. Да, наверное, кино – не лучшая область для приложения своих сил. Благороднее медицина или педагогика – любая социальная работа. Но так сложилось, и мне трудно уже идти в противоположную сторону. Режиссер – это далеко не идеальная профессия, и я это понимаю. Как профессионал, могу сказать, что кинематограф приносит больше вреда, чем пользы для формирования человека. Режиссер создает отвратительную картину, пошлую, где море насилия, крови, но все это он делает осознанно. И оператор снимает лужи крови на полу осознано, и актеры играют это все тоже осознано.

- Но ведь кинематограф породил телевидение. Как бы мы жили без него?

- Вот! Это самое страшное, что сделал кинематограф. Он породил большую проблему – телевидение. Туда убегают самые злобные, жадные люди.

Беседовала Оксана Голос

Справка «БалтИнфо»:

Александр Сокуров родился 14 июня 1951 года в деревне Подорвиха Иркутской области в семье военного, участника Великой Отечественной войны. Будущий режиссер начал учиться в школе в Польше, закончил в Туркмении, а после окончания средней школы в 1968 году поступил на исторический факультет Горьковского государственного университета. Во время учебы в университете начал работать в редакции художественного вещания Горьковского телевидения. Свои первые телевизионные программы режиссер выпустил в возрасте 19 лет.

В 1980 году Сокуров был зачислен в штат киностудии «Ленфильм», где работал над своими первыми игровыми картинами. В 1995 году по решению Европейской Киноакадемии имя Александра Сокурова включено в число ста лучших режиссеров мирового кино.

Среди его работ - такие, как «Тихие страницы», «Мать и сын», «Телец», «Солнце», «Александра», «Молох», «Круг второй», «Читаем Блокадную книгу», «Фауст».