- Владислав, на первый взгляд, события в Египте и Тунисе имеют много общего…

- Да, формально события в Тунисе, Египте, Йемене и Иордании схожи. Везде в этих странах мы видим толпы людей, требующих ухода в отставку своих лидеров. Вместе с тем, в каждом государстве ситуация по-своему уникальна. В Тунисе, например, авторитет бывшего президента таял последние три года. Это было связано с коррупционными делами внутри его семьи и, прежде всего, с супругой Лейлой Трабелси. Она подмяла под себя почти все финансовые потоки и лишила дохода влиятельные фигуры в правительстве и армии. Недовольство президентом здесь имело характер некоего заговора военных и крупных политических деятелей. Но первоначально события развивались стихийно, просто элиты вовремя поддержали требования своего народа. Детонатором волнений во многом послужили публикации о Тунисе ресурса WikiLeaks. В этой стране насчитывается довольно большое количество пользователей, которые узнали о коррупционных делах своего правительства из Интернета.

- А потом жители Египта посмотрели на тунисцев и спросили друг у друга: «А чего мы, собственно, ждем?»

- В Египте ни о каком подковерном заговоре в верхах говорить не приходится. Там ситуация развивалась свободно и стихийно. Конечно, недовольство масс было подогрето событиями в Тунисе. Египтянам откровенно надоел президент Хосни Мубарак, риторика которого не меняется уже 30 лет. Когда он приходил к власти, мир жил в ситуации Холодной войны. Но время ушло далеко вперед – сегодня в странах Африки позиции арабского национализма не столь сильны, а люди (в особенности молодежь) гораздо сильнее вовлечены в мировые экономические процессы. Им нужен новый, молодой и более прагматичный лидер, который смог бы поставить перед обществом новые задачи.

- В Тунисе все уже относительно спокойно. А вот про Египет этого не скажешь - «пламя» народного гнева затухает медленно. К чему могут привести массовые беспорядки? Кто способен взять страну в свои руки?

- Начнем с того, что Египет находится под влиянием двух геополитических сил – арабских стран и США. При этом американцы оказывают стране реальную финансовую помощь – больше египтян из штатов получает сейчас только Израиль. Средства отпускаются на борьбу с терроризмом, закупку оружия, а также выдаются в виде кредитов для решения острых экономических проблем. Многие представители египетской элиты неплохо существуют благодаря этим деньгам. Именно поэтому «тактическое» будущее Египта может определить прозападная коалиция. Однако ее эпоха может продлиться совсем недолго.

Вторую влиятельную силу в Египте представляет исламистская организация «Братья мусульмане». Сейчас ее египетские лидеры старательно доказывают свое уважение к действующему египетскому законодательству и разделяют демократические ценности. Рискну предположить, что, несмотря на широкую поддержку в массах, «братья» продолжат держаться в тени. Это разумная тактика. Ведь тем, кто сегодня придет к власти, придется решать множество острых социальных проблем, а это в сложившейся политической обстановке будет сделать крайне трудно.

Не исключено, что исламисты, как большевики в 1917-ом году, выждут паузу и выйдут на сцену, когда «временное правительcтво» распишется в собственной беспомощности. И тогда лозунг: «Мусульмане всего мира, объединяйтесь!» сделает свое дело. Такое развитие событий может привести к радикализации ислама в Египте. Тем более, что, в отличие от Туниса, в Египте для этого есть мощная социальная база.

- И что, мы рискуем навсегда потерять Египет в качестве туристической Мекки?

- Не думаю, что все будет так плохо. Туризм для Египта и Туниса продолжает оставаться серьезным источником дохода. По некоторым данным, туристическая отрасль дает Египту 4-5% ВВП, а это очень много. В такой ситуации любая, даже самая радикальная исламистская власть, будет заинтересована в сохранении инфраструктуры и привлечении отдыхающих.

Другое дело, что, возможно, при таком развитии событий туристам из Европы и США ограничат доступ в какие-то точки страны. Или, наоборот, их изолируют в курортных зонах, где будут действовать особые правовые нормы. Но такие туристические центры, как Пирамиды или Египетский музей в Каире, наверняка останутся доступными.

- Русские туристы, как известно, домой не спешат. Что вы можете им сказать?

- Уверен, что находиться в стране, где происходят такие серьезные потрясения, крайне опасно. Тем, кто отдыхает в Хургадае или Шарм-эль-Шейхе, рекомендую все же вернуться на родину и не искать приключений. Малоуправляемый бунт может затронуть и курортную зону. Если злость обездоленных людей обернется против иностранцев, то мало отдыхающим не покажется. Ведь прецеденты в Каире уже были. Туристов бунтари воспринимают, как жирных, богатеньких «котов», приехавших на все готовенькое. Оказаться в такой роли не слишком приятно.

- Можно ли построить в Египте и Тунисе нормально функционирующее демократическое общество со сменяемой властью? Или египтяне обречены на нового Мубарака?

- Демократия бывает разная. Нужно определиться, что мы понимаем под этим термином – в США и Франции, например, политические системы не очень похожи, но оба эти государства у нас привыкли относить к так называемым западным демократиям. Убежден, что сегодня ни в одной арабской стране построить общество по западной модели невозможно. Прежде всего, потому, что арабские страны представляют собой традиционные общества, где многое зависит от патриархальных традиций, семейных ценностей и вероисповедания. Отношения между людьми в такой системе выстраивается по родственному принципу. Думаю, что арабским странам и не нужно превращаться в секулярные общества, где религия вытеснена из общественной жизни.

Современную, эффективную экономику можно построить, не ломая традиционного уклада жизни и не расставаясь с религиозными законами. Другое дело, что во главе таких реформ должен стоять новый лидер, который сможет поставить перед народом новые цели. Шанс на это у египтян определенно имеется.