В Петербурге открылся первый частный музей современного искусства. Сколько таких музеев нужно, чтобы искусство почувствовало там себя как дома? И нужны ли они вообще?

Напротив станции метро «Василеостровская» открылся «Новый музей» – первый в Петербурге частный художественный музей. Три этажа картин, плюс кафе-бар. Билет 200 рублей (вдвое дороже, чем в Эрмитаже), в экспозиции  -  «сливки» собственной  коллекции его владельца Аслана Чехоева. Бизнесмен  пообещал, что через некоторое время постоянная коллекция останется только на одном этаже, а два других  отдадут под временные выставки, отслеживающие все самое современное, что есть сейчас в российском и в первую очередь петербургском искусстве.

«Музей имени себя, любимого» - уже несколько лет как самая модная «фишка» у олигархов. Многие из них собирают картины, но с некоторых пор коллеционировать стало недостаточно: захотелось показать свою культурность публике. В Москве существует уже несколько таких частных музеев. Петербург слегка отстает, но, судя по всему, нас в самое ближайшее время ждет музейный бум.

Нефть против культуры: в Петербурге решают, кому отдать здание Биржи

На открытии «Нового музея» глава Комитета по культуре Антон Губанков перечислил предстоящие открытия аналогичных проектов.

Всего через пару месяцев на том же Васильевском острове откроет свои двери еще один частный музей под названием «Эрарта». Уже работают крупные частные арт-центры: «Этажи» на Лиговке, «Красное знамя» на Петроградской и «Ткачи» на Обводном. А во всех знаковых будущих новостройках – Новой Голландии, Апраксином дворе и даже в «Охта-центре» – планируется устройство музеев или выставочных залов.Тут перед нами во весь свой недоуменный рост и встает вопрос: а что это, собственно, за музеи? Зачем они нужны? И кому?

Назваться музеем – для художественной площадки большой риск и большая ответственность. Статус музея дорогого стоит. В отличие от галереи (которая, по сути, просто магазин, торгующий картинами) или выставочного зала (который предоставляет свои квадратные метры всем, кто ему по душе или по кошельку), музей рассказывает историю. Если музей художественный – то историю искусства, но и она неразрывно связана с историей страны и общества, а искусство – лишь их порождение, плоть от плоти. Отсюда и ответственность: назвался музеем – изволь представить свою концепцию истории.

В Петербурге откроется первый музей современного искусства

Чтобы зрителю было понятно, почему выставлено именно это искусство, а не какое-то другое. Как оно связано с "большой" историей страны и мира. Как оно в нее вписано и как с ней конфликтовало. Откуда у него ноги растут и куда глядят глаза.

В этом главная проблема всех попыток наладить в Петербурге какой-либо музей современного искусства. Искусства в городе до дури – не зря мы культурная столица, - а если собственных сил не хватает, ничто не мешает подвезти материал со всех уголков нашей необъятной родины. Все-таки хороших современных художников за несколько последних десятилетий набралось вдосталь: хватит не на один многоэтажный музей.А вот с концепцией вышла засада.

Пока еще никому не удалось выстроить четкое, логичное, уверенное высказывание о том, почему искусство в нашей стране развивалось именно так, а не иначе. Выстроить его, не боясь показаться предвзятым, не боясь заявить: да, вот такое наше мнение. Пусть субъективное, но наше. Не согласны – предъявите свое, и давайте поспорим.

В «Ночь музеев» не спали больше 76 тысяч петербуржцев

Именно отсутствие претензий на переделку истории будут ставить в вину «Новому музею» – хотя бы уже за то, что позволил себе назвать себя музеем. На деле это, конечно, никакой не музей, и его владелец Аслан Чехоев на открытии об этом неоднократно заявил. Это выставка частной коллекции картин. Сама коллекция обязана своим существованием прихоти и вкусу собирателя: хорошему вкусу и благородной прихоти, но все же это индивидуальная заслуга одинокого  энтузиаста.

У «Нового музея» нет того, что и делает музей музеем: амбиций переписать историю, заявить, что самое ценное и главное в искусстве – вот это, смотрите, висит у нас на стенках, а то, что висит на других стенках в других музеях – устарело и неважно.

К тому же, название «музея современного искусства» Новому музею не идет уже чисто по содержанию. У него прекрасная, представительная коллекция, но она фокусируется в основном на авторах 1970-80-х годов. Отличные и сейчас уже очень дорогие работы Шварцмана, Немухина, Рабина, Пивоварова, Рухина. Все это – летопись неофициального искусства позднесоветских времен, но именно тем и ценны эти картины, что уже стали частью истории. Сегодня биографии их авторов зазубривают студенты факультетов искусствоведения. Настоящая живая жизнь искусства, которая бурлит и пенится в неофициальных арт-пространствах, музею пока недоступна – и правильно, не музейное это дело, музей существует для вечности, а не для сиюминутных восторгов. Но тогда зачем называть себя «современным»?

Музей в коммуналке: посторонним вход запрещен (ФОТО)

Это очень хорошо, что в городе появился такой мини-музей – не зависящий от государства, готовый сам выстраивать свою политику и свое отношение к художественной среде. Еще лучше было бы, если бы таких мини-музеев было двадцать: у каждого была бы своя версия истории, и в споре между ними рождалась бы истина. Но пока он – первая ласточка, и на эту ласточку будут направлены все взгляды: ему, единственному, придется отдуваться за всех остальных, пока несуществующих. И за историю, и за концепцию, и за выбор художников, и за себя, и за того парня.

Несколько лет назад в моде были разговоры о том, что в Петербурге необходимо построить музей современного искусства. Один. Большой. Желательно государственный. Чтобы все было как у людей, как в любой европейской столице. Вскоре время показало, что для такого музея город не созрел. Нет, искусства, которое можно было бы в такой музей поместить, вполне достаточно, и даже с избытком. Но нет идеи, которая могла бы лечь в его основу. Все организации, которые пытались пробить идею музея, не пошли дальше беспомощного детского аргумента «а вот у нас есть коллекция, давайте ее выставим».

Поэтому город, видимо, пошел по пути наименьшего сопротивления. Причем пошел сам, частным путем, без всякой поддержки администрации. Нет единой воли, нет единой идеи, зато есть неплохие частные коллекции – вот их и будем выставлять на обозрение публики. Это, впрочем, и неплохо. Вместо одной отсутствующей версии того, как развивалось искусство в России последних десятилетий, какие в нем были течения и конфликты, кто с кем боролся и кто в результате остался в вечности, а кто заслуженно или незаслуженно забыт, петербуржцам представят несколько частных мнений. А сделать выбор и составить свою версию истории каждому придется самостятельно.