В Москве сегодня на 78-м году жизни скончался поэт Андрей Вознесенский. Он опубликовал более 40 сборников стихов. Кроме того, Вознесенский написал ряд поэм. Одна из них - «Авось» легла в основу популярной рок-оперы Алексея Рыбникова «Юнона и Авось». Его друзья и коллеги уверены: вместе с Вознесенским ушла целая эпоха.

Андрей Вознесенский родился в Москве 12 мая 1933 года. В четырнадцатилетнем возрасте отправил свои стихи Борису Пастернаку. Завязалась дружба, которая в дальнейшем оказала сильное влияние на его судьбу. Между тем, она могла сложиться совсем иначе: в 1957 году Андрей Вознесенский окончил Московский архитектурный институт. Уже через год вышел его первый сборник стихов – «Мозаика», вызвавший резкую реакцию властей. Редактора издательства уволили с работы, а тираж чуть было не ликвидировали.

Звезда Вознесенского взошла в то время, когда страна была массово увлечена поэзией: на стадионах устраиваются многочисленные поэтические вечера. В это же время отношения интеллигенции и Никиты Хрущева не складываются.

«Убирайтесь вон, господин Вознесенский, к своим хозяевам. Я прикажу Шелепину, и он подпишет вам заграничный паспорт!» - заявил генсек на одной из встреч. Вместе с Вознесенским в опалу тогда попали Евгений Евтушенко и Бэлла Ахмадулина.

В судьбу Андрея Вознесенского тогда вмешался президент США Джон Кеннеди, который позвонил Хрущеву лично и попросил смягчить участь поэта: Вознесенский выехал в США для выступлений, где сразу стал популярным и даже встретился с Мэрилин Монро, после чего написал строки: «Я Мерилин Мерилин/Я героиня/Самоубийства и героина». Уже позже Вознесенский признался, что в образе затравленной властями актрисы он изобразил себя.

«Конечно, Вознесенский был новатором. Его стихи давали ощущение свободы. И в этом смысле его поэзия была абсолютно антисоветская - тогда любой выход за рамки дозволенного воспринимался как антисоветчина, - говорит литературовед Мариэтта Чудакова. - Его стихи, его размер, стиль лично мне напоминают Маяковского, его лучшие произведения».

В 1965 году Вознесенский написал поэму «Антимиры», которая стала основой спектакля в «Театре на Таганке». С этим театром поэт сотрудничал потом много лет.

«Еще до того, как мы познакомились лично, я приходил в «Театр на Таганке», где шли «Антимиры». Вознесенский был тогда для меня недосягаем. В то время я даже не смел к нему подойти, познакомиться. Позже нас познакомил режиссер Марк Захаров, тогда началась новая эра в моей жизни», - рассказал «БалтИнфо» композитор Алексей Рыбников.

В 1978 году он показал Марку Захарову свои музыкальные импровизации на темы православных песнопений. Режиссеру музыка понравилась, возникла идея создать на ее основе музыкальный спектакль на сюжет «Слова о полку Игореве». Обратились к Вознесенскому, однако он эту идею не поддержал.

«Тогда я был наглый молодой поэт, мне казалось непонятным, зачем надо писать нечто славянофильское по «Слову о полку Игореве»… - вспоминал позже Вознесенский. - Я говорю: «У меня есть своя поэма, она называется «Авось!» о любви сорокадвухлетнего графа Резанова к шестнадцатилетней Кончите, давайте сделаем оперу по этой поэме». Марк растерялся немножечко и сказал: «Давайте я почитаю». На следующий день он мне сказал, что он согласен, и что мы сделаем оперу, причем выбор композитора будет его, Марка. Он выбрал Алексея Рыбникова. Это был счастливый выбор».

Рок-опера «Юнона и Авось» на многие годы стала визитной карточкой и Вознесенского, и Рыбникова. Премьера состоялась 9 июля 1981 на сцене Московского театра имени Ленинского комсомола, в главных ролях были заняты Николай Караченцов, Елена Шанина, Александр Абдулов. Очень скоро жизнь авторов оперы осложнилась: западная пресса восприняла ее как «антисоветскую».

Между тем, впоследствии поэта обвиняли в близости к власти, поскольку его сборники издавались миллионными тиражами. Так, литературовед Станислав Рассадин, который в 1960 году и предложил термин «шестидесятники», отказался комментировать «БалтИнфо» смерть «поэта-конформиста». «Я могу лишь сказать, что глубоко сочувствую его друзьям и близким», - отметил он.

«Конечно, у Вознесенского, как и у других поэтов того времени - шестидесятников - были стихи о Ленине и партии. Они весьма меня огорчали, но запомнится он не этим. Все-таки, это был глоток свободы», - уверена Мариэтта Чудакова.

В последние годы Вознесенский много болел, перенес инсульт, но продолжал сочинять стихи, писал воспоминания, в частности, о своих встречах с Сартром, Хайдеггером, Пикассо. Был вице-президентом ПЕН-клуба, получил ордена «За заслуги перед Отечеством» II и III степени за большой вклад в развитие отечественной литературы.

По мнению Мариэтты Чудковой, несмотря на общий спад интереса к поэзии, стиль и заданное Вознесенским направление останутся. «Такие стихи будут жить, у Вознесенского всегда будут последователи. Во всяком случае, до тех пор, пока русская литература жива».

«Вознесенский про себя написал: «Я - последний поэт цивилизации. Не нашей, римской, а цивилизации вообще». И мне кажется, он был прав. Соразмерных ему величин больше нет», - полагает Алексей Рыбников.

Василий Романов