Есть некая  философская странность во всех наших контрЧП-мероприятиях. Вот, скажем, случился пожар в ночном клубе - все ведомство Сергея Шойгу сломя голову бросается с пристрастием проверять клубы. Нисколько не заботясь о противопожарном состоянии, допустим, школ.

И наоборот - если сгорит школа, телевизор будет месяц рассказывать, как по школам ходят с проверками, в каком количестве учебных заведений недосчитались багров, в каком - ящиков с песком и сколько директоров за это оштрафовали. На клубы - ноль внимания. Хотя по идее делать надо ровно наоборот, так как снаряды все-таки падают в разные воронки.

Точно так же и с терроризмом. Случись взрыв - все правоохранители неделю будут находиться в возбужденном состоянии, граждан станут призывать к бдительности, на станциях метро выставят усиленные наряды - все как полагается. Потом все успокоятся и даже подустанут.

Тут все просто: произошел взрыв, погибли люди, и правоохранители не могут не отреагировать. Иначе народ не поймет. Хотя практического смысла в этой демонстративной реакции никакого нет.

В этом нет  ничего возмутительного - все  оправдано. Информационное общество быстро получает новые сведения и быстро их забывает, его страхи постоянно меняются. Вчера мы увидели пожар в клубе, испугались и нас успокаивали проверками всех еще не сгоревших ночных заведений.

Сегодня боимся террористов и хотим видеть милиционеров с собаками на каждой станции. Завтра испугаемся свиного гриппа и будем требовать к ответу чиновников, которые допустили подорожание «Арбидола». Хотя на самом деле победить терроризм невозможно точно так же, как нельзя застраховаться от пожара в ночном клубе или ДТП. Потому что все эти трагедии - цена, которую мы платим за то, что получаем от жизни.

Элементарная логика подсказывает, что человек, не пользующийся транспортом, не попадет в ДТП, не летающий в теплые страны загорать - не разобьется на самолете, не ходящий в клубы - не задохнется в «Хромой лошади».

Терроризм - это тоже цена. Мы хотим считать себя самой большой страной в мире и поэтому вынуждены держать в подчинении буйные национальные окраины горячих горцев. Американцы взяли на себя роль мирового полицейского и за те блага, которые они от этого, как принято считать, получают, им приходится платить постоянной угрозой терактов и потерями в Афганистане.

Поэтому и возможность победить терроризм у нас только одна - отказаться от своих амбиций.

Но это  все вещи философские и к реальной жизни имеющие отношение весьма далекое. В реальной жизни на эскалаторах в метро говорят гражданам: если они увидели что-нибудь подозрительное, надо сообщать в милицию. И диктуют два телефона: 02 и какой-то семизначный.

Предполагается, вероятно, что граждане за собственные деньги будут звонить с мобильников на городской телефон и рассказывать про какую-нибудь забытую в вагоне сумку. Потому что на 02 позвонить с мобильника нельзя - надо набирать 112, но об этом на эскалаторах ничего не говорят.

Вот так мы боремся с терроризмом. И после московских взрывов текст объявлений в метро вряд ли поменяют.

Антон Мухин