Дело россиянки Инги Рантала, у которой финские власти забрали ребенка в приют, подвело к обсуждению уместности вмешательства государства в процесс воспитания детей. На круглом столе в информационном агентстве «БалтИнфо» собрались политики, священнослужители и юристы, чтобы выяснить, необходима ли в России ювенальная юстиция.

Говоря о скандале между семьей Рантала и органами социальной опеки Финляндии, специалисты отметили, что Россия слишком остро реагирует на действия финских властей. Связано это с тем, по их мнению, что в нашей стране слабо развит институт защиты прав детей. Так называемая ювенальная юстиция, действующая в большинстве европейских стран, в ближайшие два года должна прийти и в Россию. Одни сравнили ее с «очередной кровавой революцией», другие – с неотъемлемой частью любого цивилизованного общества.

По мнению президента Балтийской коллегии адвокатов Санкт-Петербурга Юрия Новолодского, ничего вопиющего в деле семьи Рантала нет. Российские власти не должны вмешиваться, так как органы опеки действуют в рамках установленного в Финляндии закона о защите прав ребенка, считает он.

«Для того, чтобы органы опеки забрали ребенка из семьи, достаточно его заявления о том, что родители применяют насилие. Естественно, проводится экспертиза, в том числе и психологическая, которая показывает, склонен ли ребенок к вранью. В России пока ребенка не убили, никаких действий предприниматься не будет, в Финляндии стараются такое выявлять на ранних стадиях», - заметил он.

По словам Новолодского, эту ситуацию на международном уровне разрешить невозможно.

«Представить МИД Финляндии вчера заявил, что этот вопрос не в его компетенции. И он совершенно прав, такие проблемы решаются на уровне муниципалитетов. То, что родители надеются вернуть ребенка с помощью вмешательства МИД, – это типичная российская наивность», - подчеркнул он.

Юрист убежден, что семья может вернуть Роберта Рантала только в судебном порядке. Через суд родители смогут доказать, что в их семье не применяется насилие. Эту же практику должна взять на вооружение и наша страна, «только так ребенка на ранней стадии конфликта можно будет оградить от влияния родителей-наркоманов или алкоголиков». То есть, лучше перестраховаться, чем дожидаться, «пока подросток окажется в больнице с проломленным папой черепом».

С тем, что в России необходимо больше внимания уделять вопросам детей, уверена и детский омбудсмен Петербурга Светлана Агапитова. При этом она отметила, что ребенок должен иметь право отстаивать свои интересы в суде, но с семьей его разлучать необходимо только в самом крайнем случае. Омбудсмен заявила, что система защиты прав ребенка в европейских странах развита намного лучше, чем в России. А россияне часто не понимают, почему государство вмешивается в процесс воспитания.

«Пример семьи Рантала в Финляндии очень яркий. Дело в том, что финское законодательство более правовое, чем наше. У нас семью будут сохранять до последнего и придерживаться политики невмешательства. В других же странах устного заявления ребенка будет достаточно для того, чтобы его изъяли из семьи. Я считаю, что отлучать от родителей – это крайняя мера, но родители тоже должны чувствовать силу закона», - пояснила Агапитова.

Уполномоченный по правам ребенка в Петербурге считает, что необходимо ввести в России детские суды.

«Надо создать систему детских судов, там будут проходить индивидуальные слушания, для детей будут отдельные входы в зал. При этом необходимо обеспечить полную изоляцию детей от родителей в это время, чтобы ребенок не поддавался психологическому давлению», - отметила Агапитова.

Она также добавила, что в Вологодской области и Пермском крае уже введена практика детских судов. В целом же всем российским регионам может потребоваться около двух лет, чтобы разработать систему ювенальной юстиции и внедрить ее.

«Необходимо провести большой объем работы: создать базу психологов, социальных работников, которые будут целенаправленно следить за проведением «детских» дел в суде. Наверняка потребуется привлекать к этому вопросу и священнослужителей. Пока что у нас слабо развита такая система, но европейский опыт, на мой взгляд, положителен», - подчеркнула Агапитова.

В свою очередь церковь выступает категорически против введения системы ювенальной юстиции на территории нашей страны. Основной их довод заключается в том, что дети могут перестать «чтить и уважать своих родителей». Так, клирик храма Воскресения Христова отец Алексий Успенский в интервью корреспонденту «БалтИнфо» заявил, что несовершеннолетнему ребенку нельзя беспрекословно верить в показаниях против родителей.

«Если Россия пойдет по пути слепого копирования европейских законов, то у нас произойдет очередная кровавая революция, которая приведет к полному разрушению института семьи, как такового. В России нельзя внедрять систему ювенальной юстиции, она раздробит общество, позволит детям совершать необдуманные поступки в отношении своих родителей. У нас появятся сотни «Павликов Морозовых», - пояснил клирик.

Алексий Успенский также отметил, что случай каждой семьи должен рассматриваться отдельно, но ограждать ребенка от родителей нельзя.

«Ребенок должен расти в семье. Ювенальная юстиция же приведет нас к тому, что каждый подросток, обидевшись, возможно, не разобравшись в чем-то, позволит разлучить себя с семьей. А никто не воспитает ребенка так хорошо, как его родная мать», - подчеркнул священнослужитель.

В то же время юристы отмечают, что в российском законодательстве нет четкой трактовки, что следует понимать под термином «психологическое насилие над ребенком». Так, например, службы социальной защиты могут заметить побои, но не угрозы, унижающие достоинство подростка.

Как сообщил Юрий Новолодский, в России в лучшем случае лишь один из тысячи случаев насилия над ребенком в семье получает огласку.

«В России в воспитании детей насилие и жестокое обращение запрещено. Нужно понимать, что к этому относится не только физическое, но и психологическое насилие. Пока ребенку не проломили голову, представители социальной службы и правоохранительных органов в дела семьи не вмешиваются», - подчеркнул он.

По словам эксперта, ребенка нельзя запугивать, ему нельзя угрожать. Если ребенка шлепнули, то это тоже приравнивается к насилию. В России становится известно только о каких-то самых вопиющих случаях, считает Новолодский.

«Необходимо, чтобы в нарушениях прав ребенка разбирались специально обученные люди. Нередко бывает, когда ребенка доставляют с травмами, а он говорит, что упал с лестницы. Врачи понимают, что так упасть нельзя, ему нанесены телесные повреждения. Ребенок утверждает, что его любимый отец к этому отношения не имеет, но выясняется обратное. Для таких сложных дел необходима ювенальная юстиция», - пояснил адвокат.

Для сравнения Новолодский рассказал о ситуации в Норвегии, где у него живут друзья. Ребенок друзей устроил костер на веранде.

«Отец накричал на своего сына. Тот в свою очередь позвонил в социальную службу и сообщил, что на него орет папа и ему страшно. Ребенка забрали из семьи на 8 месяцев», - рассказал юрист.

Стоит отметить, что идея ювенальной юстиции в разных формах реализована во многих государствах. Так, первый детский суд был создан в США в Чикаго в 1899 году. Позднее идея ювенальной юстиции получила развитие в Великобритании, где в 1908 году была принята серия законов о детях и молодежи. Во Франции первый ювенальный суд был учрежден в 1914 году на основе опыта США.

В России в настоящее время отсутствует нормативная основа для введения общегосударственной системы ювенальной юстиции. Многие российские эксперты считают, что в отдельных случаях приоритет интересов ребенка приводит к их противопоставлению интересам государственного института семьи.

Оксана Голос