После паузы, вызванной Олимпийскими Играми в канадском Ванкувере, 3 марта возобновляется сезон в Континентальной Хоккейной Лиге. Питерский СКА закончит эту часть сезона домашними встречами против «Трактора», магнитогорского «Металлурга» и «Автомобилиста». Затем команда начнет борьбу в плей-офф за Кубок Гагарина. Накануне возобновления выступлений СКА в официальных матчах сезона 2009/10 с корреспондентом «БалтИнфо» побеседовал один из лидеров команды, трехкратный обладатель Кубка Стэнли, Сергей Брылин.

«Победы – как наркотик»

- За счет чего СКА удается показывать высокие результаты в текущем сезоне?

- Сезон складывается неплохо, прежде всего, потому, что все ребята очень хорошо понимают свою роль в команде и то, что требуют от них на площадке тренеры. Но самое главное у нас впереди, пока преждевременно оценивать сезон как положительный.

- Стоит ли задача выиграть «регулярку»? СКА отстает от «Салавата» всего на 4 очка, а играть еще 3 встречи.

- Нет. Никто такой выигрыш в качестве некой цели не ставит. Конечно, нам самим хочется финишировать как можно выше, но, по большому счету, мы просто настраиваемся на каждую следующую игру, которую стремимся выиграть.

- Существует примета – победитель сезона зачастую плохо себя проявляет в плей-офф. Не боитесь в этом плане за СКА?

- Думаю, наше преимущество как раз в том, что на первых местах мы не зацикливаемся. Конечно, в плей-офф бывает всякое: может пойти, может не пойти, поэтому приоритетная задача подойти к этой стадии в как можно лучшей форме, а не любой ценой занять какое-то место.

- Что в преддверии решающих матчей, с вашей точки зрения, в игре СКА необходимо улучшать?

- Последние 5-6 игр мы стали больше пропускать. Подводит дисциплина, много удаляемся. Кроме этого, я бы отметил игру в меньшинстве – в последней игре перед перерывом в Хабаровске нам забросили 3 шайбы после удалений. Здесь, конечно, есть над чем поработать. Отмечу и то, что в последнее время больше стали забивать 3-е и 4-е звенья, то есть к решающим играм ребята показывают лидерам, что готовы взять на себя их функции в случае, если у них игра не пойдет.

- В этом плане бросается в глаза и рост вашей личной результативности в последних играх.

- Я расслабился. В начале года тоже было много моментов, но я чрезмерно хотел как можно быстрее забросить, сыграть результативно. Часто такой настрой идет во вред, поэтому долго очков и не набирал.

- За два года в России появились ли у вас принципиальные соперники, сыграть против которых удачно важнее, чем с кем-то другим?

- Учитывая, как на нас настраиваются все команды, конечно да. Отмечу «Спартак». Две подряд дуэли в плей-офф в любой лиге мира бесследно не пройдут. Ну и все ведущие команды – Уфа, Казань, московские «Динамо» и ЦСКА – с ними игры значат немного больше, хотя в конечном итоге наша цель – победа в любой игре. Какой смысл побеждать, например, «Динамо» и проигрывать потом «Сибири»?

- Насколько для вас важно выиграть Кубок Гагарина? Есть ли для трехкратного обладателя Кубка Стэнли вызов в завоевании нового трофея, не имеющего богатой традиции?

- Конечно. Не хотелось бы быть неправильно понятым, но победы – это как наркотик. Мы работаем весь год, ломаем руки-ноги, зубы теряем, и когда в конечном итоге ты понимаешь, что выиграл, ты получаешь огромное удовлетворение от осознания того, что все это было не зря. Каждый год, конечно, выигрывать невозможно, но стремиться к этому стоит. Чувство победы ни с чем нельзя сравнить. Ты как будто стоишь на высокой вершине и весь мир у твоих ног.

«НХЛ не вспоминаю»

- Провели прошлый провели в качестве капитана СКА, теперь – ассистент. Как ощущается разница?

- Прошлый сезон был очень интересным в этом плане, до него капитаном команды я никогда не был. Хотя не скажу, что сейчас что-то радикально изменилось, после того как я с этим статусом расстался. У нас в команде много лидеров, и в СКА в этом году такие формальности значат не много. Капитанские функции, в каком-то смысле, распределены и в любой момент кто-то может повести команду за собой.

- Где вам комфортнее в игровом плане, абстрагируясь от повседневных реалий, в России или Северной Америке? Из собственного опыта, как вы считаете, что сложнее, российскому игроку адаптироваться в НХЛ или североамериканцу в КХЛ?

- Прошло полтора года, и я уже привык к российскому хоккею. НХЛ особо не вспоминаю, это этап пройденный, сейчас моя работа здесь. Что касается адаптации, это все индивидуально, хотя мне кажется, что канадцы и американцы хорошего уровня в России не затеряются. Особенно в команде, с хорошо поставленным рисунком игры, как в СКА.

- Как бы вы оценили перспективы СКА в его нынешнем составе и с его моделью игры окажись он в чемпионате НХЛ, например, в хорошо вам знакомой Восточной конференции?

- Сложно сказать. Там хоккей, все-таки, другой. Уровень мастерства отдельных игроков в России очень высокий. Но командная игра и психология игроков в Северной Америки совершенно иные. Наглядно это было видно на примере сборной США на Олимпиаде в Ванкувере. Вроде ничего особенного, особых звезд тоже нет. Но все работают на команду, все бегут, все знают, что делать, плюс отлично играет вратарь. Напоминает мне то, как играли «Нью-Джерси Дэвилз» в лучшие годы. У нас всегда была уверенность, что вратарь не пропустит, от этого действия в защите становились четче и надежнее, ну а свои две-три шайбы мы всегда забивали.

- Барри Смит – как вам с ним работается? Все-таки, он не первый североамериканский тренер в вашей карьере, есть с кем сравнить – Жак Лемэр, Ларри Робинсон, Пэт Бернс.

- Барри, как и все североамериканские наставники, очень хорошо понимает хоккей. Видит все ошибки и как их можно преодолеть для обеспечения нужного результата. Американцы и канадцы в этом плане различаются скорее тем, как именно они доносят до игроков свои требования: кто-то работает в жесткой манере, кто-то, наоборот, применяет к игрокам более мягкий подход. Скажем так, мне легко со Смитом: наши взгляды на игру совпадают.

- За счет схожести игровых схем с вашим родным «Нью-Джерси»?

- Не совсем. СКА играет, скорее, как «Детройт». В средней зоне мы играем по схеме 1-1-3, тогда как в «Дэвилз» больше любят 1-2-2, тот самый знаменитый «капкан Лемэра». Хотя я никогда это название не любил – у «Детройта», как раз, и был капкан, когда нападающих встречают сразу 3 игрока на синей линии. Однако их схему капканом никто не называл. Хотя, может быть, от того, что наша схема работала надежнее, не знаю… В принципе, любая игровая схема хороша, если тренер доносит до игрока свои требования и все понимают, что делать. Если этот момент есть – любая схема хороша.

Три разных Кубка

- Из трех завоеванных Кубков Стэнли, какой запомнился больше всего?

- Каждый был по-своему памятен. Если честно, когда выиграли первый, я даже не понял, что со мной произошло. Мой первый сезон в НХЛ, мне всего 21 год – и сразу такая победа. Это сыграло злую шутку со мной. Показалось, что так будет каждый год. А оказалось, что еще 5 лет нужно было поработать. Чтобы просто попасть в финал. Только после второй победы я понял, сколько труда это занимает, и даже отличный состав, надежный вратарь и одна из лучших клубных систем НХЛ сами по себе ничего не гарантируют. Разница между победой и поражением минимальна.

- Самое запоминающееся поражение в карьере?

- Финал 2001 года против «Колорадо». Мы вели 3-2 в серии, ее, кстати, называли одной из самых плохих в истории, потому что все происходило очень нелогично и обе команды играли несобранно, чередуя провальные игры. Нам повезло, мы взяли два матча подряд и приехали домой с праздничным настроением, уже готовясь отмечать очередной Кубок Стэнли. И получили 0:5. И седьмую игру также проиграли, не смогли собраться – это был холодный душ. Из таких поражений возвращаться трудно, моральных и физических сил было потрачено очень много.

- Как реабилитировались?

- В 2003-м году третьим Кубком. Эта победа мне особенно дорога: накануне чемпионата я сделал операцию на колене, на связках. В предыдущем сезоне мы вылетели в первом раунде плей-офф, время для лечения было хоть отбавляй. Только я начал набирать форму, как в феврале сломал кисть и мысленно попрощался с сезоном. Однако ко второму раунду плей-офф я вернулся в строй, и мы победили. Это было, своего рода, наградой за мои мучения с коленом и кистью.

- Систему «Дэвилз» прошло очень много российских хоккеистов, однако единственный, кто отыграл там всю свою карьеру – это Вы. Как объясните такое «долгожительство»?

- Руководство устраивала моя игра. Плюс в хоккее ведь с игроками расстаются не только по игровым причинам – часто все могут решить личные отношения и финансовый вопрос. Мне в этом плане повезло: отыграл столько лет в одной из лучших команд НХЛ своего времени. Видимо, все компоненты сошлись.

- Перспективы Ильи Ковальчука в «Нью-Джерси»?

- Его взяли в качестве усиления перед плей-офф. Перейти из «Атланты» в «Нью-Джерси», учитывая подбор игроков и модель игры, нелегко, адаптация займет какое-то время. Но, надеюсь, у него все получится, и он сможет вписаться в состав.

- Кого из ваших бывших партнеров по команде будете вспоминать на старости лет и говорить внукам: я играл с самим….?

- Трудно выбрать. Я играл с большим количеством великих. Наверное, на ум приходит 2000/01 годы, когда у нас играло большое количество больших российских игроков, а тренером был Вячеслав Фетисов. Назову Александра Могильного, Сергея Немчинова, Валерия Каменского, Владимира Малахова.

- Среди североамериканцев за эти годы друзьями обзавелись?

- Крепких друзей нет. Хотя приятелей осталось много. В перерыве ездил в Нью-Джерси, заходил на одну из игр. Был приятно удивлен теплым приемом со стороны игроков и руководства, с которым пообщались, наблюдая вместе за игрой.

- За счет чего вашему бывшему одноклубнику Мартину Бродо удается быть самым успешным вратарем в истории НХЛ? Он ведь недавно поставил рекорд по количеству матче «на ноль», разменяв вторую сотню.

- Конечно, он очень талантливый. Однако отмечу его любовь к профессии. Не могу сказать, что он «пашет» на тренировках, скорее получает много удовольствия от них. Он очень вменяемый человек – учитывая, что все вратари, в принципе, немного своеобразные – и когда у него что-то не идет в игре, он это очень трезво оценивает и начинает на тренировках целенаправленно эти элементы отрабатывать. У него много своих упражнений, за счет которых быстро выходит на свой уровень.

Девочка по имени Brylin

- Как быстро адаптировались в Питере?

- Сначала было непривычно. Много машин, пробок, климат другой, солнца мало, особенно зимой. Но работа есть работа. Здесь летом хорошо, и, конечно, очень красивый город, особенно мне он нравится под Новый год.

- Вы упоминали, что увлекаетесь фотографией – сохранили хобби или работа все вытесняет?

- Стал больше фотографировать с рождением детей, но до таких людей, как Дайнис Зубрус (игрок «Нью-Джерси» - «БалтИнфо») или Сергей Зубов мне далеко: у них подход серьезный, с профессиональной техникой. По сравнению с ними у меня все на чисто бытовом уровне.

- В Нью-Джерси один из ваших болельщиков назвал свою дочь «Брылин». Как Вы относитесь к таким проявлениям болельщицкой любви?

- Слышал об этом. Был удивлен – все-таки это не совсем то же самое, что назвать сына Сергеем. Единственное, что как-то обнадеживает, это западная традиция двух имен. Когда девочка вырастет, сможет выбрать себе нормальное имя.