Не проругавшись и недели, «Единая» и «Справедливая Россия»  (которых еще не так давно называли правой и левой ногой власти) торжественно заключили между собой мирный договор. Это нежданно случившееся примирение еще более любопытно, чем нежданно вспыхнувший конфликт.

Поругались  партийцы вечером во вторник минувшей недели – «Единая Россия» вдруг  неожиданно обиделась на слова Сергея Миронова за то, что он не во всем согласен с премьером. Единороссы отреагировали необыкновенно агрессивно: стали говорить, что Миронов циничный и неблагодарный человек и даже собрались выгнать его из Совета Федерации. Причем, если московские начальники партии власти, приобретшие европейский лоск, изъяснялись изящно, то в регионах генетическая традиция клеймить позором отступников от генеральной линии немедленно вырвалась наружу. Расстрелять как бешеную собаку, конечно, никто не требовал, но мысли у медведей на местах явно двигались именно в этом направлении.

Вероятнее всего, акция «Единой России» имела вполне конкретную пиаровскую задачу. Миронов сказал, что не во всем согласен с Путиным, и надо было это далеко не сенсационное заявление донести до максимально широкой аудитории. Потому что электорат «Справедливой России» любит Путина, и если убедить население в том, что Миронов выступает против премьера, это существенно сократит число сторонников эсеров. Поэтому обвинений в адрес спикера должно было быть как можно больше, чтобы они заполнили все информационное пространство. И по этой же причине некоторая бредовость отдельных обвинений даже приветствовалась.

За выполнение этой задачи «Единая Россия» может  поставить себе твердую пятерку. Конечно, она продемонстрировала свою нетерпимость к инакомыслию, но мы ее любим не за это. Зато через месяц, когда подробности забудутся, широкие массы трудящихся будут помнить только одно: Миронов не согласен с Путиным.

По идее, конфликт должен был умереть сам  по себе и даже почти умер. Но тут в понедельник Сергей Миронов  и Борис Грызлов с большой  помпой подписали мировое соглашение. Фактически в нем – статус кво. «Справедливая Россия» поддерживает внешнеполитическую деятельность Владимира Путина, его борьбу с терроризмом и укрепление конституционного строя (собственно, Сергей Миронов сказал в программе Познера, что не согласен только с некоторыми пунктами  бюджета, а внешнеполитическую линию очень даже поддерживает). «Единая Россия», в свою очередь, «считает целесообразным нахождение С.М. Миронова на посту Председателя Совета Федерации».

Однако  очевидно, что мир – лишь формальный. Оба партийных лидера, комментируя документ, подкалывали друг друга. Борис Грызлов сказал, что оставляет за «Справедливой Россией» «право отстаивать свою позицию в вопросах социального развития, может быть, в ряде вопросов экономического развития». На что Сергей Миронов заявил, что это – право, гарантированное Конституцией, и в отдельных разрешениях он не нуждается. А затем припомнил «Единой России», что Владимир Путин, являясь руководителем этой партии, сам в нее не входит.

С точки  зрения текста договора,  он – поражение  «Справедливой России». Все выглядит так, что, испугавшись угрозы снять его из председателей, Сергей Миронов подписался под документом.

Представляется, однако, что самой «Единой России» такой договор совсем не нужен. Пусть бы все и дальше думали, что Миронов с Путиным не согласен. Не очень нужен он и «Справедливой России», поскольку понятно, что отставка ее лидера из председателей Совета Федерации – вопрос, который от «Единой России» не зависит. А значит, и гарантировать она ничего не может. К тому же есть в таких гарантиях, объявленных публично, что-то неприятное.

Можно предположить, что публичное примирение потребовалось  высшему руководству страны, поскольку склока двух «столпов» власти, широко и намеренно освещаемая в СМИ, подрывает ее вертикаль. К тому же население начинает волноваться – не кончились ли, случайно, времена стабильности и не вернулись ли обратно проклятые 90-е?

Более того, если бы Сергей Миронов действительно  выступил против Путина, как это пыталась представить «Единая Россия», это означало  только одно: он нашел себе другой лагерь. А другим лагерем может быть только лагерь Дмитрия Медведева. То есть могло создаться впечатление, что произошел публичный раскол внутри тандема. А этого президенту и премьеру не нужно. И судя по тому, что примирение потребовалось уже после того, как конфликт, исчерпав себя, закончился – подобные разговоры начались и были услышаны.

Поэтому ссору прекратили. И весь вопрос теперь – достанется ли «Единой России» за то, что она ее затеяла, или нет.

Антон Мухин, «Город 812»