Поначалу жители Горелово даже не поняли, что это цыгане. Люди были одеты в длинные халаты и тюбетейки, словно басмачи из фильмов про большевизацию Средней Азии. Столбить место приходили человек пять, но стоило появиться сортиру и первым палаткам, как их уже двадцать, пятьдесят, сто...

Уйти, чтобы вернуться

Это были цыгане-люли из Таджикистана. Одной из отличительных черт люли является многочисленность табора: у молдавских цыган – 100–150 человек, а у люли – до двух тысяч. «Взять Питер» люли пробовали незадолго до 300-летия города, но тогда оперативно сработали милиция и медики: малярия, туберкулез или кишечные инфекции обнаружились у каждого второго гостя города.

Люли отступили и начали осаждать властные структуры обращениями, мол, мы беженцы, многолетняя война вынудила нас покинуть родной Таджикистан. Якобы они уже три года живут под Петербургом, планируют осваивать ремесла, науки и русский язык. Цыганский вопрос вынесли на обсуждение в Законодательное собрание Ленинградской области, где глава таджикской диаспоры Идрисхон Гафуров прямо заявил, что люли и в Таджикистане никогда не работали, занимаясь попрошайничеством, а война не затронула районов их компактного проживания.

Тогда «беженцы» засыпали обращениями областные власти. Милосердие к ним проявил тогдашний депутат областного ЗС Василий Иванов. Он обратился к губернатору Сердюкову с просьбой выделить для люли землю в Ленобласти, мол, они же говорят, что хотят работать! Однако что-то не срослось, и с первыми холодами большая часть цыган подалась в теплые края. Мало кто сомневался, что они вернутся. Ведь чем могут местные власти напугать народ, который не только выжил в охваченном войной Таджикистане, но и умудрялся собирать там подаяние.

И люли вернулись...

«Второй Кондопоги захотели?»

– В выходной день из дома было не выйти, – рассказывает житель Горелово Дмитрий. – Моя семья весь день в огороде или в доме, и все равно три раза цыганских детей у себя на территории ловил. Пытались украсть лопату, радиоприемник, умывальник старый; попавшись, кричат: «Отпустите ради Иисуса Христа, я зашел хлеба попросить». Причем слово в слово, их, видно, взрослые заставили текст выучить наизусть. В Красном Селе с советских времен много цыган живут, мы с ними нормально ладили, но с этими любые договоренности нарушаются через минуту.

У 11-летнего парнишки цыгане на улице отобрали велосипед, у бабульки с клюкой вырвали сумку с пенсией. В прежде заброшенный дом на Московской улице, где обосновались цыгане, зачастили гореловские наркоманы, а по вечерам туда тихо подкатывал милицейский «козелок». И так же тихо минут через десять уезжал. На жалобы жителей милиционеры бодро отвечали, что с регистрациями у всех приезжих порядок.

– Мне сосед пожаловался, что к его жене на улице орава цыганок бросилась, карманы и сумку распатронили и разбежались, – рассказывает водитель Алексей Иванович. – Я говорю, какие проблемы: бери кол, собирай мужиков. А он отвечает, что страшно: вдруг потом дом сожгут. Да и не соберется никто.

Но вскоре цыгане достали всю округу, и люди пошли в милицию с серьезным разговором, мол, вы что, второй Кондопоги захотели?

Рассказывают, что именно слово «Кондопога» заставило милиционеров задуматься: все-таки бездействие карельских коллег в итоге привело некоторых из них на скамью подсудимых. И через два дня люли стали собираться в дорогу. Но не успели: толпа местных ворвалась на занимаемый ими участок и сожгла почти все строения.

О погроме много писали в газетах, на ТВ прошли репортажи. Но, оказалось, табор люли никуда из Горелово не уехал, просто перебрался на другой конец поселка.

«Зачем нам куда-то уезжать?»

Место их пребывания в Горелово несложно найти по горам мусора, который они собирают в полиэтиленовые пакеты и выкидывают на дорогу рядом с домом.

Мимо цыган в Горелово не пройти не проехать. Корреспонденту «НВ» они посреди дороги предлагали дрели и болгарки.

– Где раздобыли? – интересуюсь я.

– Мы цыгане – все кузнецы. Мы их куем, – отвечает продавец.

– А налоги платите?

– Конечно, платим.

– А в Горелово надолго обосновались?

– Мы здесь живем, никому не мешаем, с соседями не ссоримся. Зачем нам куда-то уезжать?!

Место их дислокации – заброшенный покосившийся дом и пять палаток вокруг. Палатки установлены с умом: вначале вскапывают периметр и вбивают колышки, чтобы в жилище не прорвались крысы. А на крыше дома заметны несколько кусков нового шифера. Похоже, хозяева действительно рассчитывают остаться здесь надолго.

ДОСЬЕ

Цыгане появились в Петербурге в начале XVIII века. Есть сведения, что они участвовали в маскарадах Петра Великого. В сентябре 1733 года появился Сенатский указ от 13 сентября, который узаконивал их пребывание в Петербурге.

В 1956 году в СССР появился указ, по которому цыган могли посадить за бродяжничество. К моменту развала Союза 80 процентов советских цыган были оседлыми. Из их среды выделились директора заводов, высшие офицеры и работники образования.

По итогам Всероссийской переписи населения 2002 года, в России проживают около 183 тысяч цыган, хотя некоторые эксперты полагают, что реально их около полумиллиона.
На Северо-Западе цыган не менее 20 тысяч. В Ленобласти крупные цыганские общины проживают в Поповке, Вырице, Сиверской, Дивенской, Саблино, Гатчине.

Цыгане в окрестностях Петербурга делятся на три основные группы, мало контактирующие друг с другом: рома (русские, украинские, прибалтийские), котляры (закарпатские) и люли (таджикские цыгане). Среди котляров меньше криминала, но они слабо ассимилированы к современному обществу. Ромалы, наоборот, успешно занимаются бизнесом, но чаще попадаются на наркотиках и работорговле. Основным занятием люли является попрошайничество.

Денис Терентьев