Петербурженку Зою Орлову сдала в психиатрическую клинику собственная дочь. Как уверяет настоятель храма Николая Чудотворца протоиерей Александр Григорьев, его 77-летнюю прихожанку доведут до могилы из-за недвижимости в центре города.

Пожилая женщина вот уже три недели находится в Третьей психиатрической больнице имени Скворцова-Степанова. Попала она туда по заявлению собственной дочери, с которой на протяжении последних лет жила не очень дружно. Александр Григорьев отмечает, что его прихожанка часто жаловалась ему на постоянные побои, скандалы и ненависть со стороны дочери.

«Однажды Зоя пришла домой, а дочка сменила замок и отказалась ее впускать. Пришлось вызывать МЧС, чтобы они ломали дверь. Это стало последней каплей в чаше терпения. Орлова решила разменять квартиру и отселиться от дочери», - заявил протоирей.

Как только девушка узнала об этом, она тут же решила, что пожилая женщина сошла с ума. Вместо того чтобы помириться с матерью, она вызвала психиатров. Врачи приехали, когда Зоя Орлова уже ложилась спать.

«Она рассказала мне, что трое мужчин просто скрутили ей руки, вкололи что-то и увезли. Проснулась она уже в больнице. Я и еще 26 прихожан отлично знаем эту женщину. Она всегда спокойна, никому не причинит вреда. Отправлять собственную 77-летнюю мать в такое заведение с ее состоянием здоровья – это кощунство! Сердце может просто не выдержать», - подчеркнул Григорьев.

Однажды ему удалось навестить свою прихожанку. Он пришел совершить обряд причастия, отпустить ей грехи. Но не успел пробыть даже десяти минут в палате больной. Таинство причастия было нарушено санитарами, которые стояли под дверью и подслушивали. Как только Алексей Григорьев стал уверять женщину, что она должна бороться и выжить, они скрутили протоирея и «вышвырнули» из больницы.

В минувший понедельник в Приморском районном суде прошло заседание по делу Зои Орловой. По словам настоятеля храма Николая Чудотворца, заседание длилось не больше двух минут. Его и еще нескольких прихожан, пришедших в здание суда в качестве свидетелей, даже не пустили на слушание.

«Орловой не было предоставлено адвоката, суд заслушал только сторону обвинения и все. Это же самосуд чистой воды! Мне ответили, что необходимости в свидетелях нет, а, если я буду упорствовать, то сам моментально окажусь в психушке. Я уверен, что и врачам психиатрической клиники, и юристам хорошо заплачено», - добавил Григорьев.

Координатор Союза Православных Братств РПЦ Юрий Агещев в интервью корреспонденту «БалтИнфо» заявил, что возмущен данной ситуацией.

«Случай просто вопиющий, посадить ветерана войны , 77-летнюю бабушку в психушку, словно времена карательной медицины продолжаются! Мы поддерживаем полностью борьбу протоиерея Александра Григорьева за справедливость. Давно его знаем, как честного пастыря, никого и никогда не бросающего в беде. Надеемся, что в это дело вмешается прокуратура и лично губернатор Санкт-Петербурга», - подчеркнул Юрий Агещев.

Православная общественность готовится идти в городскую прокуратуру. Активисты подготовили кассацию и уверены, что психически здоровую женщину не имеют права три недели держать без заключения врачей и решения суда в клинике. При этом Григорьев отметил, что инициативная группа также написала жалобу главврачу психиатрической больницы. Жалоба лежит уже больше недели, но ответа на нее более 26 прихожан так и не получили.

«Здоровье у Зои Ивановны слабое, ей 77 лет, держат ее в духоте, на прогулку не выводят, колют какие-то лекарства, от которых у нее сильное головокружение. Когда я увидел ее на больничной койке, то даже узнал не сразу, настолько плохо она выглядит. Нетрудно догадаться, чем это все закончится», - пояснил Александр Григорьев.

Случай с пенсионеркой - далеко не единственный. В декабре 2004 года 26−летний петербуржец был признан Василеостровским судом недееспособным. В ноябре 2005 года по инициативе матери он был принудительно госпитализирован в психиатрический стационар. Но незадолго до этого мужчина подготовил доверенность юристу центра на подачу заявления в Европейский суд по правам человека.

27 марта 2008 года Страсбургский суд указал, что заявитель, несмотря на болезнь, вполне самостоятелен, но ему не была предоставлена возможность принять участие в процессе об установлении его дееспособности. В Страсбургском суде сочли, что российский суд в нарушение принципа гласности принял решение, основанное только на письменных документах — медицинском заключении.