Таллин, 23 июня. Президент Эстонии Томас Хендрик Ильвес подписал восемь законов, в числе которых и вступающий в силу с 1 июля Закон о трудовом договоре. Кроме того, Ильвес подписал секвестированный бюджет 2009 года, поправки к закону о праздничных и выходных днях, закон, который снижает привязанные к средней зарплате по стране зарплаты высших чиновников и другие законы.

Как сообщает корреспондент БИА, президент Эстонии на своем официальном сайте постарался отмежеваться от подписанных им непопулярных законов, избрав для этого довольно своеобразную тактику.
Так, объявляя о втором за год секвестре бюджета, Ильвес посетовал, что в его компетенцию входит либо провозглашение закона целиком, либо отказ от этого и направление обратно в парламент.

«В этот закон (закон об изменении бюджета – прим. БИА) включены изменения 22 законов, от вступления в силу которых зависит второй негативный дополнительный бюджет государства. Если оставить закон непровозглашенным, ни одно из этих 22 изменений не вступит в силу, даже те, в отношении которых ни одна общественная группа протестов не заявляла», - заявил Ильвес, добавив, что после провозглашения этих поправок можно начать процедуру конституционного надзора по каждому из пунктов провозглашенного закона.

«В ситуации, при которой законы, столь разные по содержанию и нормативному исполнению, соединены в один закон, а для их провозглашения осталось меньше времени, чем предусмотренные статьей 107 конституции две недели (парламент определил датой вступления в силу закона 1 июля – прим. БИА), следует констатировать достойное сожаления поведение законодателя, поставившего под вопрос добрые обычаи законотворчества», - подчеркнул президент.
 
Говоря об изменении закона о трудовом договоре и связанных с ним законов, глава эстонского государства заявил, что закон, который касается почти каждого трудоспособного жителя Эстонии, должен быть понятным, ясным и точным как для работников, так и для работодателей.
 
«Закон о трудовом договоре таковым не является. Плохим примером является ссылка в законе на директиву Европейского Союза, в то время как для ясности следовало бы в самом законе раскрыть содержание директивы. Как сможет работник определить законность предлагаемого ему времени отдыха или работы в ночное время, если сам закон не говорит о том, что законно, а что нет?» – сказал Ильвес.

Комментируя корреспонденту БИА данные высказывания президента, эксперт по конституционному праву Эстонии, бывший руководитель проекта «Русский омбудсмен» Сергей Середенко отметил, что метания президента можно понять.

«С точки зрения права и своей компетенции президент мог и, видимо, хотел бы направить весь пакет обратно в парламент. Однако экономическая ситуация в правительственном секторе такова, что его принципиальное поведение было бы чревато хаосом, о чем он прямо и сказал. Парламент фактически не оставил ему выбора; затрудняюсь сказать, было ли это сделано намеренно, или нет», - сказал эксперт.

Середенко отметил, что практика принятия эстонским парламентом «законов об изменении законов об изменении законов...» появилась не вчера, и Ильвесу следовало бы указать на это парламенту раньше.

«Закон, оставивший президенту 10 дней для провозглашения закона вместо положенных по конституции двух недель, прямо нарушает права президента. Однако в практике Эстонии только президент Леннарт Мери активно бился за сохранение своих прав и полномочий – Арнольд Рюйтель и теперь Тоомас Хендрик Ильвес куда более пассивны в этом смысле: Ильвес свои конституционные права почему-то называет «добрым обычаем». Напомню также, что крайне спорный Закон об охране военных захоронений (закон, «согласно» которому был снесен Бронзовый солдат – прим. БИА), к которому имелись многочисленные претензии в части соответствия его Женевской конвенции, Ильвес, не колеблясь, провозгласил на следующий же день после его принятия парламентом, хотя в недовольных законом «общественных группах» недостатка не было», - добавил эксперт.