Эвтаназия в России запрещена законом. При отсутствии должной медпомощи это толкает смертельно больных людей на самоубийство, а их близких, помогающих прекратить мучения, превращает в преступников.

Акт умерщвления, произошедший в Республике Коми, вызвал большой общественный резонанс и вновь напомнил о том, что проблема эвтаназии остается в центре внимания и специалистов, и рядовых россиян. Но общественного консенсуса по этому вопросу ожидать по-прежнему не приходится.

Больной раком женщине, находившейся в своей квартире, кем-то с помощью инъекции была введена смертельная доза этилового спирта. Первым делом, под подозрение попали участковый терапевт и врачи "скорой", помогавшие женщине противостоять смертельной болезни. Однако эти подозрения не подтвердились: как утверждают в следственном отделе по г. Сыктывкару, в период совершения действий, приведших к смерти, «никто из врачей рядом с потерпевшей не находился».

У следствия уже есть другие подозреваемые, но эта информация пока не раскрывается. Известно лишь, что юридически дело оценивается как убийство, мотив которого – «помощь» умирающему для избавления от мучений.

Опрошенные корреспондентом Балтийского информационного агентства (БИА) эксперты убеждены, что проблему эвтаназии в России так или иначе придется решать.

Руководитель отделения судебно-психиатрической экспертизы по наркомании и алкоголизму Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии имени Сербского Татьяна Клименко убеждена, что человек имеет право на осознанный выбор смерти.

«В России эвтаназия запрещена. Очень легко возмущаться тому, что мы лишаем человека жизни, и при этом оставлять его мучиться. Уверяю вас, решительно против эвтаназии выступают те, кто никогда не видел мучений онкологических больных», – сказала Т.Клименко в интервью БИА.

По ее мнению, врач так или иначе всегда оказывается перед сложным выбором: поддерживать жизнь пациента в мучениях – или позволить ему умереть. Однако последнее слово всегда должно оставаться за самим пациентом, считает эксперт.

Известный юрист и правозащитник Юрий Падалко согласен с этим мнением.

«Желание человека умереть должно быть документально подтверждено. Да, закона об эвтаназии нет, но есть элементарное убийство, которое могут вменить врачу. Смертельно больной человек должен оформить свое желание на бумаге, и его родственники также должны выразить свое согласие», - отмечает правозащитник.

Сегодня по российскому законодательству, «лицо, которое сознательно побуждает больного к эвтаназии и (или) осуществляет эвтаназию, несет уголовную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации».

При этом, как напомнила Т.Клименко, есть врачебная ошибка, есть неоказание помощи или неквалифицированная помощь, но юридически понятие «эвтаназия» в российском законодательстве никак не регламентируется. Иными словами, за умерщвление из жалости в нашей стране человек получит срок по статье «убийство».

«Права больных в России нарушаются постоянно, поэтому говорить о серьезных прецедентах достаточно трудно из-за отсутствия доказательной базы и необходимых законов», - говорит Т.Клименко.

Однако говорить о близкой перспективе появления закона об эвтаназии в России слишком рано. И врачи, и юристы в один голос утверждают, что наше общество не обладает такой высокой долей дисциплинированности и социальной ответственности, чтобы не возникло соблазна злоупотребить «разрешением на смерть».

«Мало кто задумывался о том, что желание человека пойти на смерть возникает из-за того, что у него нет лекарств для утоления страшных болей. В России используется чудовищно мало ненаркотических анальгетиков, так как выписать их и получить – крайне сложно», – говорит Т.Клименко.

Получается, что многие больные просто обречены на медленную смерть в нечеловеческих мучениях. На Западе этот вопрос решен гораздо лучше, так как там соответствующие лекарства получить легче и быстрее, утверждает специалист.

Еще одна проблема — отсутствие социального патронажа одиноких больных. Женщина в Сыктывкаре - тому пример, ведь она осталась наедине с болезнью, поскольку у нее не было родственников. Возможно, медицинский патронаж помог бы ей избежать выбора в пользу смерти.

«У нас эвтаназия в государственных масштабах происходит, что уж тут говорить о единичных случаях. Кто из чиновников ответит за постепенное сокращение генофонда страны? У людей нет ни лекарств, ни средств к существованию», – говорит Ю.Падалко.

Невольно повторила эту мысль и директор Центра коммуникативных исследований «Барьер», эксперт Координационного совета по социальной стратегии при председателе Совета Федерации Наталья Маркова, только в более жесткой форме.

«Какая, к черту, эвтаназия? Пенсионеры от голода дохнут. У нас эвтаназию государство осуществляет, но про это никто не говорит», - заявила Н.Маркова корреспонденту БИА.

В свою очередь, Т.Клименко убеждена, что рассуждать сейчас об эвтаназии – все равно что «предлагать застрелить тонущего человека».

«Да, его всегда можно успеть застрелить. Но давайте попробуем помочь ему выбраться. Предоставим лекарства, сиделок, социальный надзор, соблюдение всех прав и осмотр специалистов. И вот когда все средства будут исчерпаны, можно говорить о праве на смерть», - подытожила медик.

Справка БИА:

В Европе эвтаназию легализовали Швейцария, Бельгия, Нидерланды и Люксембург.
Также умерщвление неизлечимо больных разрешено в Северной территории Австралии и в штате Орегон (США).

Самые громкие случаи эвтаназии:

Известный бельгийский писатель Бельгии Хьюго Клаус, неоднократно выдвигавшийся на Нобелевскую премию, добровольно ушел из жизни в возрасте 78 лет, хотя у него была лишь только первая стадия болезни Альцгеймера.

В 2003 году Мари Юмбер с согласия мужа и двух сыновей ввела своему сыну Венсену крупную дозу снотворного. Мальчик после автомобильной аварии ослеп, онемел и был полностью парализован. Суд обвинил мать в убийстве, однако спустя два года она была оправдана.

Неизлечимо больная Шанталь Себир, после того как суд города Дижон отклонил ее пожелание о смерти, собирается переехать в Швейцарию, чтобы реализовать свое право на эвтаназию.